— Что?! Что ты сказал?

— Ты не мужчина! — добавил Руслан. — Дешевка продажная.

Обходные листы были подписаны лишь во второй половине дня. Получены школьные аттестаты и академические справки. Сложив по сумкам пожитки, они спустились на вахту. Проходя мимо каморки комендантши, Юра приоткрыл дверь и швырнул ключ на стол

— Казенные вещи на месте? — запоздало крикнула она, выйдя в вестибюль.

Бухнула на пружине входная дверь…

Больше получаса она ехали в переполненном автобусе в город. Пересев на метро, добрались до площади Гарина — Михайловского и вышли к вокзалу.

— Прохладно, — поежился Руслан, взглянув на электронное табло, на котором высвечивалась температура воздуха.

— Ничего, скоро будешь дома. У вас, поди, и зимы не бывает?

— Почти, — согласился Руслан. — В горах еще стоят холода, а на равнине… Приезжай в гости, адрес у тебя.

Отстояв длиннющую очередь в кассу, они купили билеты, и вышли на улицу.

— Перекусим? — предложил Юра, увидев переминающуюся на промозглом ветру торговку пирожками.

Жуя остывающие беляши, они нашли пустую скамейку и сели.

— Чем думаешь заниматься? — жуя плохо пропеченное тесто, спросил Руслан. — Что касается меня, на следующий год попробую поступить в наш нефтехим.

— А мне дорога одна. Восемнадцать уже стукнуло. — Юра кисло улыбнулся и вытер жирные пальцы обрывком туалетной бумаги. — Придется мерить сапогами плац. Если повезет, зиму отсижусь дома, а весной сдамся военкому. Крути не верти, а служить все равно придется.

…Поезд, набирая ход, удалялся от железнодорожного вокзала. Стоя в покачивающемся тамбуре, Руслан прощально смотрел на уменьшающуюся, мокнущую под накрапывающим дождем, одинокую фигуру на пустынном перроне.

Он вдруг поймал себя на мысли, что до слез жалко расставаться с Турбиным.

«Может, еще и свидимся, — с грустью подумал он, когда вокзал пропал из поля зрения. — Тот милицейский сержант кое в чем прав. Земля, она и в самом деле круглая».